Антифеминизм в Германии – «время для ярости»

Ненавидеть девочек, плохо с ними обращаться — на таких установках строилась его социализация, когда ему было восемь – девять лет.

Лишь женщины, появившиеся позже в его жизни, помогли «освободить его от жившего в нём шовинистического свинства», рассказал недавно бывший министр финансов Греции Янис Варуфакис в интервью.

Воспитание мальчиков и взгляды мужчин — всё это имеет принципиальное значение и для Германии. Согласно отчёту Федерального ведомства уголовной полиции Германии (BKA), только в 2024 году в стране были убиты 308 женщин и девочек, а 187 128 - стали жертвами домашнего насилия.

Но что происходит в головах мужчин? Какое влияние оказывают на подростков-мальчиков женоненавистнические материалы в интернете? И насколько распространены антифеминистские взгляды в обществе?

Некоторое представление об этом даёт, например, Лейпцигское исследование авторитаризма, проведённое Фондом имени Генриха Бёлля. Согласно исследованию 2024 года, около четверти жителей Германии придерживаются антифеминистских и сексистских установок. «Это лишь приблизительная оценка, к которой следует относиться с осторожностью», — поясняет Аннетте Хеннингер, профессор политологии и гендерных исследований Марбургского университета.

Кризис «модели кормильца»

По словам Хеннингер, антифеминисты не только отвергают концепцию социально конструируемого пола (гендера), но и верят в существование иерархии между людьми, а также в то, что роли женщин и мужчин определены природой.

Опасность таких взглядов заключается в том, что «при таком понимании отпадает необходимость в гендерной политике, а сами вопросы отношений (между мужчинами и женщинами) выводятся из сферы общественного и политического обсуждения», — объясняет она.

Одной из причин антифеминизма Хеннингер называет кризис так называемой модели кормильца. «Традиционные представления, согласно которым мужчина после обучения получает стабильную работу и может всю жизнь содержать семью на один доход, теперь для многих стали иллюзией». Однако именно такие ожидания в адрес мальчиков и мужчин по-прежнему часто ставятся под вопрос.

По мнению Хеннингер, из этого вытекают два ключевых момента. Во-первых, важный вопрос: «К какой жизненной модели, способствующей формированию позитивной идентичности, могут стремиться мужчины в будущем?» И, во-вторых, разница между мужчинами и женщинами: «У женщин после распада модели брака, в котором жена была домохозяйкой, возможности значительно расширились, в то время как для мужчин это, похоже, не так или не воспринимается таким образом. Они скорее видят в этом угрозу».

Психолог и консультант по вопросам мужской идентичности Бьорн Зюфке даёт схожую оценку: «Мы живём в переходный период от традиционных представлений о мужественности к, надеюсь, равноправному обществу. Мужчины, а особенно мальчики, чья идентичность ещё не сформирована, оказываются между двумя мирами». С одной стороны, 60 лет борьбы за равноправие для них не прошли бесследно. С другой — «каждые 21 минуту алгоритмы TikTok или Instagram подсовывают подростку-мальчику антифеминистский контент — что-нибудь от Эндрю Тейта или от политика АдГ Максимилиана Кра, независимо от того, подписан подросток на такие аккаунты или нет». В такой ситуации, считает Зюфке, чувство растерянности вполне естественно.

Однако этим пользуются инфлюенсеры и пикаперы. «Они создают образ мужественности, с помощью которого можно унижать женщин и снова почувствовать себя “кем-то”. Они обещают уверенность, и это сильно цепляет», — анализирует Зюфке.

Между тем девушки и женщины часто развиваются в противоположном направлении. Это хорошо видно на примере последних результатов выборов, говорят как Зюфке, так и Хеннингер. В то время как среди молодых мужчин больше голосов набирает партия АдГ, среди молодых женщин — партии «Зелёных» и «Левые». «Прогрессивных молодых женщин значительно больше», — утверждает Зюфке.

Демократия в опасности?

Однако антифеминизм подрывает не только гетеросексуальные отношения. По словам Зюфке, наблюдается социальный регресс и это может представлять опасность для демократии. В настоящее время Хеннингер проводит исследования по этой теме. Антифеминизм, по её словам, не является индивидуальной проблемой: «Эти идеи не возникают сами по себе. Подобные дискурсы стратегически распространяются крайне правыми, христианскими фундаменталистами и в Германии — партией АдГ», — говорит она. При этом, например, риторика защиты прав женщин нередко используется для продвижения антимиграционной политики. По принципу: сексуализированное насилие — это проблема, исходящая от мигрантов.

«Но Германия не нуждается в импорте сексуализированного насилия. По данным полицейской статистики и опросов, самым опасным местом для женщин по-прежнему остаётся собственный дом. Партнёрское насилие встречается во всех социальных группах», — подчёркивает Хеннингер.

Как общество может противостоять антифеминизму? Увеличением числа консультаций для мальчиков, усилением просветительской работы в школах и увеличением контента в социальных сетях, противостоящего так называемой маносфере, считает Зюфке. «Я говорю родителям и специалистам: эти мальчики не дьяволы. Нужно просто поговорить с ними и объяснить, что, например, в заявлениях Эндрю Тейта является проблематичным», — добавил он.